Почему проект по утилизации отходов БЦБК оказался нерабочим

Почему проект по утилизации отходов БЦБК оказался нерабочим

 Через два года заканчивается срок, отпущенный президентом страны на ликвидацию отходов БЦБК. Между тем на излете срока оказывается вдруг, что и проект нерабочий, и исследования проведены в недостаточном объеме. «Росгеология», которая заключила контракт на ликвидацию отходов, предлагает адресовать все вопросы заказчику. 

 

Но о чем можно спрашивать правительство и губернатора Сергея Левченко, если на встрече с президентом в апреле иркутский губернатор чистосердечно признавался: ни один из трех вопросов по Байкальску, в том числе по утилизации отходов БЦБК, не решен.

 

Договор со странностями

 

Вопрос о том, когда же население наконец избавят от шести миллионов тонн ядовитых отходов, похоже, задавать все еще преждевременно – несмотря на то, что уже не первый год в шламонакопители утекают деньги государственной казны. В прошлом году между правительством Иркутской области и Минприроды было подписано соглашение о выделении госсредств на проект, из которых 353 миллиона -- от Федерации, остальные – из областного бюджета. Общая стоимость  проекта -- 5,9 млрд рублей, которые заложены в федеральную программу "Охрана озера Байкал и социально-экономическое развитие Байкальской природной территории" на 2012-2020 годы.

 

На сайте госзакупок размещен контракт с "Росгеологией" на сумму чуть менее 3,5 млрд, причем указаны в контракте только пять карт-накопителей из 14. Работы должны закончиться до 31 декабря 2019 года. Но они еще даже не начинались!

 

На прошлой неделе представители «Росгеологии» заявили, что в августе-сентябре будут проведены исследования грунтовых вод вокруг шламонакопителей и скорее всего, план рекультивации отходов изменится, понадобится корректировка проекта. Уже пробурено семь скважин для исследования качества грунтовых вод, в старых скважинах установят телеметрическое оборудование для гидрологического мониторинга вокруг накопителей. В августе с помощью специальной машины откачают шлам-лигнин и золу, чтобы уточнить состав отходов и разработать методику их ликвидации в каждой карте по отдельности… То есть до начала собственно утилизации еще ой как далеко. И, вероятно, потребуются дополнительные затраты. Хочется спросить: а из чьего кармана?

 

Но ведь контракт правительства области с «Росгео», подписанный губернатором, существует с 2017 года, так почему исследования шламонакопителей проводятся только сейчас? Элементарная логика подсказывает, что для решения проблемы нужно сначала выяснить, в чем состоит проблема, то есть провести исследования. Потом найти проект решения проблемы и специалистов, которые его воплотят. То, что жители Иркутской области наблюдают уже который год, выглядит зеркально: сначала Сергей Левченко  подписывает контракт с «Росгеологией», а уже потом все дружно начинают думать, как бы им выполнить поручение президента Путина, вписавшись при этом в сроки, в бюджет и экологическое законодательство. Подход, мягко говоря, странный.

 

Странность эту не раз отмечали экологи и прокуратура. К примеру, контракт, заключенный в 2017 году, предполагал использование усовершенствованного проекта омоноличивания шлам-лигнина, разработанного компанией «ВЭБ Инжиниринг» в 2013 году и в итоге забракованного. На доработку забракованного было потрачено дополнительно 300 млн рублей. Но  Генпрокуратура РФ и в 2016 году признала его недостаточно экологичным, «не соответствующем требованиям природоохранного законодательства». Зеленые, в частности, председатель «Зеленого фронта» Сергей Виноградов, который обращался в прокуратуру по этому вопросу в 2017 году, подытожили, что в проекте рекультивации отходов БЦБК «по-прежнему отсутствует главное – утвержденная государством экологически безопасная технология переработки шлам-лигнина». «Доработанное» Генпрокуратура постановила вернуть заказчику. И что, опять на доработку?..

 

И это претензия, конечно, не к «Росгеологии», которая выступает только исполнителем проекта. Сегодня ситуация вокруг зависшего президентского поручения настолько накалилась, что подрядчик вынужден переводить все стрелы на губернатора Левченко и правительство, сообщая всякий раз, что «Росгеология» лишь исполняет требования заказчика. Фактически госкомпания подписалась на кота в мешке, предполагая летом 2018 года начать отгрузку шлам-лигнина.

 

Все вокруг колхозное…

 

Впрочем, странности вокруг проекта утилизации могут объясняться просто – «просто никто не знает, что с этим делать», как сказала в интервью «МК Байкал» один из авторитетных экологов области Марина Рихванова. Этим объясняется и двойная игра губернатора: на областном уровне он разглагольствует о том, что дело движется, а на уровне Федерации, которой до губернаторского пиара как до лампочки, скромно сообщает, что все стоит на месте, хотя деньги и выделены. Раньше губернатор мог ссылаться на отсутствие средств, а теперь на что ссылаться? На собственную некомпетентность и неповоротливость?

 

В конце июня на выездной коллегии Генпрокуратуры были сделаны недвусмысленные заявления о том, что иркутский «обком» забуксовал. Первый заместитель генерального прокурора Александр Буксман,  напомнив коллегам, что до окончания срока реализации программы рекультивации отходов БЦБК осталось всего два года, сказал буквально следующее: «Более 6 млн тонн отходов по-прежнему негативно воздействуют на экологическую систему Байкала. На одной из законсервированных площадок в отсутствие лицензии складировались и бытовые отходы близлежащих городов и поселков…» Комиссия Генеральной прокуратуры в 2017 году выявила даже факты захвата карт-накопителей – об этом на коллегии рассказал начальник отдела по надзору за соблюдением законов в сфере охраны окружающей среды и защиты окружающей природы надзорного органа Евгений Надыршин. Это свидетельствует о том, что карты как стояли в разделе «колхозное имущество», так и оставались в том же самом статусе к моменту заключения контракта и после него. К фактическому обезвреживанию отходов власти Иркутской области так и не приступили – таков вывод Генпрокуратуры, которая поставила этот вопрос под особый контроль. А это, очевидно, означает, что те, чьи подписи стоят под документами, в случае неисполнения обязательств ответят по закону.

 

«Колхозное имущество» передали «Росгеологии» только в апреле 2018 года – хотя правительство клялось начать работы в мае. Передали -- и вроде бы дело должно пойти. Но не тут-то было! Оказалось, что «главная проблема состоит в том, что после проведенного специалистами «Росгеологии» обследования стало ясно: имеющийся проект ликвидации отходов неработающий. Например, проект предусматривает обеззараживание воды с помощью очистных сооружений комбината. Но они сломаны и восстановлению практически не подлежат». Это цитата из самого свежего интервью генерального директора «РГ-Экология» (подрядчика по госконтракту, «дочки» «Росгеологии») Артема Полтавского представителю Всероссийского общества охраны природы. То есть заказчик – правительство Иркутской области во главе с губернатором Левченко – был даже не в курсе, что очистные на БЦБК не работают! Забыли поинтересоваться?

 

Читаем дальше. «Кроме того, предусмотрена технология омоноличивания твердых отходов. Это означает, что необходимо привезти сюда, на берег Байкала, в природоохранную зону, миллионы тонн цемента, щебня, извести, других материалов, чтобы перемешать с твердыми отходами и изготовить бетонные блоки — нерационально, да и нереально, потому что для этого надо восстанавливать железную дорогу, которая на комбинате также в нерабочем состоянии!» И «железка», оказывается, не работает! А правительство-то и не знало! Неужели губернатор и его свита так редко посещают этот медвежий уголок, на который обращено пристальное внимание Москвы? Такая выдающаяся некомпетентность свидетельствует именно об этом. А также о том, что в правительстве документов, которыми пользуются, не читают. Иначе как можно объяснить то, что губернатор и его чиновники не сопоставили проект 2013 года с реалиями года 2018-го? В 2013-м и очистные еще фурычили, и железную дорогу не разобрали на запчасти…

 

Вывод Полтавского между тем прост: «Омонолитить отходы Байкальского комбината здесь, на месте, невозможно. К такому выводу пришли и заказчик, и научная общественность, и природоохранная прокуратура, и мы, производители работ». «Нужно искать новые решения. Вопрос к заказчику», - сказал другой, неназванный представитель госхолдинга информационному агентству «Интерфакс».

 

Корректировки или новый проект?

 

И что же предлагает губернатор Левченко в сложившейся обстановке? Губернатор отмалчивается. Но дело между тем делает  серьезный экологический разворот: жители села Моты утверждают, что отходы будут перевезены на территорию близ реки Иркут. Понятно, что без благословения региональных властей такие вещи не делаются.

 

Сельчане узнали о такой инициативе случайно, когда «Росгеология» обратилась в Шаманское сельское поселение с просьбой дать согласие на перевод большого объема сельскохозяйственных земель в категорию промышленных. Очевидность замысла возмутила сельчан. Возможно, это и есть то самое «новое решение»? Вопрос, конечно, к заказчику.  Ведь в официальных материалах «Росгео» по этому проекту о перемещении отходов ничего не сказано.

 

Заказчик молчит. «Росгеологии» приходится выкручиваться. Полтавский в интервью заявил о том, что «только глубокий анализ может дать ответ на вопрос, какая технология будет оптимальной для утилизации и рекультивации». Но он проговаривается: как один из вариантов рассматривается и «вывоз с дальнейшей утилизацией» -- в том случае, если «анализ отходов покажет низкие значения концентрации вредных веществ». «Территория Мот никак в этом не задействована», -- сообщал прессе месяц назад советник генерального директора АО «Росгеология» Антон Сергеев. А позже появилась информация, что возле Мот будет стоять техника, необходимая для проекта. А через пару месяцев может оказаться, что это действительно полигон. Народ, подозревая обман, бунтует. А губернатор Левченко все молчит...  

 

Игра в молчанку начинает настораживать, особенно при том, что «Росгеология» заявляет, что «ведет переговоры и убеждает заказчика в необходимости расширения мониторинга почв, воды». Складывается впечатление, что губернатор и правительство пытаются наверстать упущенное время за счет экологической безопасности населения. Взять хотя бы ситуацию с ядовитым черным щелоком, который, по словам Полтавского, обнаружен ими уже во время проведения «Росгеологией» подготовительных работ. Но еще за несколько дней до подписания контракта с «Росгеологией» в правительственной газете «Областная» была опубликована статья «БЦБК: по следам черного щелока», где черным по белому написано: «Прекратить демонтаж оборудования Байкальского целлюлозно-бумажного комбината требует прокуратура. В ходе недавней проверки обнаружилось, что там, в различных емкостях, в ливневой канализации, законсервированных очистных сооружениях и отстойниках в общей сложности находится 163 тыс. кубометров щелокосодержащей жидкости». Чем же объяснить неинформированность подрядчика? Неужели халатностью заказчика, из поля зрения которого выпали ключевые моменты вроде щелока, железной дороги и разрушенных очистных?

 

Сегодня все ждут неких корректировок, которые должны помочь «подойти к проекту комплексно». Экологи и научное сообщество считают, что в сложившихся обстоятельствах торопиться уже некуда, надо снова  объявлять конкурс на новый проект . Но  очень скоро, через два года, губернатор должен будет не только отчитаться перед президентом о проделанной работе и потраченных деньгах, но и ответить по существу вопроса.  Есть вероятность, что отчитаться он не сможет, но отвечать все же придется.

 

mk.ru : Московский комсомолец

 

Теги: , , , , , , ,

Опубликовано: 25 июля 2018